«Больше европейский, чем европейские: к типологии эльдарских языков».

Регистрация для выступления на подсекциях конференции

Ломоносов 2019

заканчивается 25 февраля.Подсекции нашей кафедры под №№ 14, 18 и 23.

в рамках проведения семинара

ФОРТУНАТОВСКОГО ОБЩЕСТВА

приглашает всех желающих принять участие в очередном заседании круглого стола, посвященного представлению и обсуждению доклада

студентки 4 курса бакалавриата Софьи Военной на тему: «Лингвоконструирование: влияние родного языка

на творчество конлангеров*».

    Считается, что наше видение мира формируется родным языком, но многие конлангеры, создавая собственные лингвопроекты, стараются максимально отойти от native language, изначально заявляя об этом.

Так действительно ли возможно полное абстрагирование или все же мы увидим черты родного языка автора при анализе его конланга*?

________________________________________________

  *Конланг (англ. conlang – constructed language – сконструированный язык) –

искусственный язык, создаваемый автором –

конлангером (англ. conlanger) для воплощения его собственных креативных идей, зачастую в качестве материала для проведения лингвистического эксперимента,

имеющим или не имеющим цели быть реализованным

в реальном общении или фантастическом мире.

Заседание состоится 10 декабря 2018 года (понедельник) в 12:20 в Пушкинской гостиной (ауд. 972). 

Для заказа пропусков: oks-shuvalova@yandex.ru (Шувалова Оксана Николаевна)

в рамках проведения семинара по теории и истории лингвистики приглашает всех желающих принять участие в очередном заседании круглого стола, посвященного представлению и обсуждению доклада проф., д.ф.н. С.Н. Кузнецова на тему «Мифы и заблуждения в истории лингвистики».

Заседание состоится 19 ноября 2018 года (понедельник) в 12:20 в Пушкинской гостиной (ауд. 972). 

Для заказа пропусков: oks-shuvalova@yandex.ru (Шувалова Оксана Николаевна)

На
конкурс поступило шесть проектов тезисов. Наиболее удачными признаны
тезисы Евгении Болониной и Евгении Петровой. Поздравляем Евгений и
желаем им дальнейших риторических успехов.

Все участники конкурса могут узнать о достоинствах и недостатках своих проектов у преп. В.В. Смолененковой на кафедре после 18 марта.

От события к тексту

проведет круглый стол журналист, обозреватель RUSSIA TODAY

Надежда Кеворкова

Вторник, 18.00 аудитория 956

Надежда Кеворкова, выпускница исторического факультета МГУ — работала репортером в Ливане, Афганистане, Пакистане, Иране, Ираке, Турции, Судане, Сирии, Газе, Северном Кавказе и США, автор большого количества репортажей из “горячих” точек.

Только что завершила цикл репортажей из Египта.

На круглом столе будут обсуждаться процессы написания текстов,
конструирования исторических мифов, описания событий и вербальных
способов воздействия на аудиторию.

На круглом столе речь шла о

• работе Терминологического комитета Национальной лиги переводчиков
•  терминах — ложных друзья переводчика

Провели круглый стол

Профессор кафедры русского языка, д.ф.н. М. Ю. Сидорова

Начальник отдела переводов юридической компании «Пепеляев, Гольцблат и партнеры», обладатель диплома Кембриджского университета International Legal English Certificate Т. П. Некрасова

На
заседании обсуждалась тема функционирования метафор в научном тексте. С
докладом на данную тему выступила А. Е. Головачева. Были
проанализированы две теории модели строения атома физиков Э. Резерфорда и
Дж. Дж. Томпсона. Анализ показал, что, во-первых, метафоры используются
для объяснения сути какой-либо теории или эксперимента, а во-вторых,
метафоры делают текст убедительней, так как создание образа – одно из
самых сильных средств убеждения. Так, Резерфорд сравнил атом с
«Солнечной системой в миниатюре», где электроны вращались вокруг ядра,
как планеты вокруг Солнца, а атом Томпсона представлял собой «пудинг с
изюмом», где сам атом представлялся «пудингом», а «изюмом» были
электроны и атом считался неделим, как этот десерт. Обе теории на тот
момент не имели достаточных обоснований, но долгое время преобладала
теория Томпсона, так как созданный им образ был проще для восприятия, а
аналогия с Солнечной системой, проведенная Резерфордом, требовала
дополнительных объяснений и экспериментов.

Часто метафора лежит в
основе термина. Во многих научных терминах мы уже не замечаем внутреннюю
форму. Например, в геометрии мы встретим «ребра» у многогранников и
«равнобедренные» треугольники, в высшей математике «рельефы» функций;
электрические «цепи», «напряжение» и «сопротивление» — в физике. Таким
образом, метафора обладает не только пояснительной функцией, но и служит
для создания научных терминов.

В ходе дискуссии возник вопрос о
единстве научной терминологии и о системности употребления метафор в
терминах не только естественных наук, но и других областей знаний. Эти
вопросы были предложены в качестве темы обсуждения на следующем
заседании.

19.10.2010 на филологическом факультете МГУ с докладом «Образ России в финских СМИ» выступила Пирьо Аалтонен.

Госпожа
Аалтонен окончила Хельсинкский университет, отделение славистики, была
стажером в ЛГУ, изучала русский язык и русскую литературу. Работает
переводчиком на финском государственном телевидении с 1972-го года,
особо исследует представление образа России на финском телевидении.

Круглый стол проводится при участии и поддержке проф. Г.Ч. Гусейнова.

Лекция вызвала самый живой интерес студентов.

Презентация к докладу Пирио — скачать 3.5 мб

Конспект доклада

Когда мы говорим об отношении финских СМИ к России, надо вспомнить общую историю наших стран. Маленькая Финляндия всегда была соседом большой России. Соседские отношения были почти постоянно сложными, вроде отношений медведя с зайцем.

Наши народные сказки хранят память о Великом Лихолетье, которое русские историографы называют Великой северной войной. Тогда, в первой половине восемнадцатого века, русские оккупанты свирепствовали в стране, похищали маленьких детей у родителей и посылали их в рабство в Россию. В финской сказке рассказывают о брате и сестре, которые вернулись после многолетнего пребывания в далеких краях, где-то в глубине России, к старым родителям, ориентируясь по звезде над родной березой. Эту сказку знает каждый финн старшего поколения. Русские — это люди, которые похищают детей. 

Когда Финляндия, тогда еще лишь восточная часть Швеции, стала Великим княжеством Финляндии, русский император Александр Первый дал Финляндии широкую автономию. Во время автономии отношения финских и русских были более или менее нормальными на официальном уровне, но память народа длинная. Финны всегда знали что «ryssä on ryssä, vaikka voissa paistais». Эту финскую поговорку мне довелось часто слышать от своей мамы. Она звучит в дословном переводе: русский остается русским, хоть на масле его пожарь. В поговорке на месте слова русский используются пренебрежительное слово ryssä.

Финляндия стала самостоятельной осенью 1917 года. Некоторые говорят, что Ленин подарил Финляндии независимость, другие считают, что она была заслугой финских государственных деятелей. Потом у нас была кровавая гражданская война, которую наши ультра-правые называют освободительной войной. Понятно, от кого. Первые два десятилетия истории самостоятельной Финляндии не отличались добрыми соседскими отношениями с Советской Россией, да и Сталин тоже не очень считался с независимостью Финляндии. Его войска напали на Финляндию осенью 39-го, и то, что для русских является Зимней кампанией, для нас финнов называется Зимней войной. Очень много молодых финских парней погибло. Летом 41-го была наша очередь нападать и все кончилось известным результатом.

Финны наконец-то поняли, что с русскими надо уметь жить в добром соседстве. Линия Паасикиви — Кекконена, то есть дружба Финляндии и СССР, стала официальной политикой Финляндии. Эту официальную политику поддерживали и финские СМИ.

Что писали о Советском союзе, какие документальные фильмы финны о нем снимали, начиная с послевоенных годов и кончая эпохой гласности?

О Советском союзе писали и показывали по телевидению только официальную правду. Другая правда называлась антисоветской пропагандой. Если журналист получал клеймо антисоветского пропагандиста, ему становилось трудно работать. Финские журналисты ездили по советской стране вместе с президентом Кекконеном и описывали встречи президента с Хрущевым, с Брежневым, с Громыко, с Подгорным, с местными жителями разных республик и районов. Сытые, нарядные дети пели, красивые девушки танцевали, солнце светило. Хор деревенских баб пел русские псевдонародные песни.

Благодаря нашим журналистам родился новый международный термин Finlandisierung. У журналистов не было написанных правил о том, о чем можно писать, или как надо писать о Советском Союзе, у них работал «внутренний цензор». 

Низкопоклонство перед Советским Союзом проявлялось, например, следующим образом. В честь 70-летия генерального секретаря Леонида Брежнева советские документалисты сделали фильм Большая земля о военной карьере Брежнева. Фильм был куплен финским телевидением ЮЛЕ в начале декабря 1976-го и его хотели выпустить в эфир 19-го декабря 76-го года, в день рождения товарища Брежнева. Фильм приходилось переводить и озвучивать на финском языке за одну ночь. У финской аудитории была возможность узнать о героизме лидера Советского Союза точно в день великого юбилея. Потом Брежнев умер, и его похороны показали в прямом эфире по каналам ЮЛЕ, т.е. в середине дня. В ЮЛЕ поступили просьбы трудящихся о повторном показе в вечернее время.

Грянули гласность и перестройка. Пошли разоблачения.
В 90-ые годы финские журналисты сделали поворот на 180 градусов. В стране, где раньше все было хорошо, вдруг все стало плохо. Дети жили на улицах, женщины там же продавали себя.
И финские газеты радостно об этом писали. Финские тележурналисты приглашали из Петербурга беспризорных детей выступать по телевидению и пытали их вопросами о сексуальных злоупотреблениях.

Русские документалисты тоже занимались самобичеванием. На финском телевидении показывали русские фильмы о зоне, о мафии, о наркоманах, о проституции, об абортах и так далее. Финнов напугали так здорово, что они почти перестали ездить в эту страну криминала.

Лихие 90-ые показались очень лихими и страшными в финских СМИ. И ситуация почти такая же по сей день. Бывают попытки показывать и повседневную, нормальную жизнь русских людей. Корреспондент «Хельсингин Саномат» жил долгое время в Петербурге, купил там квартиру и рассказывал читателям о перипетиях покупки квартиры и ремонта ее. Потом он купил участок земли на берегу Ладоги и строит сейчас себе дачу. Теперь мы можем читать о приключениях иностранного землевладельца и строителя в России.

В Финляндии в течение 90-ых и двухтысячных были правительства либо с социалдемократическим премьер-министром либо с премьером из центральной партии, но важные посты министра финансов и министра обороны занимают члены правой партии. Министр обороны выступал весной этого года в Америке. У него спросили, что является самой большой угрозой для безопасности Финляндии. Он ответил: «Россия, Россия и Россия!»
В интересах министра  обороны пугать финнов Россией, чтобы получить больше финансирования для вооруженных сил, но такие высказывания неуместны в США.

Председатель правой партии Кокоомус, министр финансовых дел Юрки Катаинен, сказал 17-го августа этого года: «Если посмотреть, как Россия ведет себя, трудно поверить, что экономика России по размеру такой же категории, что экономика Голландии. То есть Россия не является в экономическом смысле сверхдержавой несмотря на методы, какими ее измеряют. Но судя по ее поведению, Россия считает себя сверхдержавой.»         

На это прогремел председатель фракции парламента социал-демократов Ээро Хеинялуома 20-го августа:
«Трудно понимать, какая польза для Финляндии от такой линии. О проблемах надо говорить открыто, не надо нарочно создавать проблемы. Очевидно Катаинен забыл, что Россия является для Финляндии значительным торговым партнером. Для Финляндии Россия всегда является сверхдержавой.»

Высказывания Катаинена и министра обороны породили горячие дебаты в прессе. Министр финансов Катаинен вынужден был исправить свое высказывание еще 20-го августа:
«В своей речи я помнил, к сожалению,  неправильно и сопоставил экономику России с экономикой Голландии. Правильно было бы сопоставить ее с экономикой Испании. Но это не меняет сам факт: если Россия была бы членом Евросоюза, то она не была бы сейчас даже среди самых больших в Евросоюзе, несмотря на то, что ее хозяйство растет быстрее их». 

Бывший премьер Эстонии Март Лаар сказал 4-го сентября
на симпозиуме организации молодых правых сил: «Россия опасна из-за своей слабости.»

По заказу «Хелсингин Саномат»  в конце августа, в начале сентября провели опрос о мнении финнов о России. Результаты опроса были опубликованы в 13-го сентября под заглавием «Каждый пятый финн боится Россию.»

В опросе задавали следующие вопросы:

Является ли Россия сверхдержавой?
Каким должно быть отношение политического руководства Финляндии к Россию?
Мнения финнов о России.
У тебя самого есть сомнения насчет России?
Каким образом Россия влияет на безопасность Финляндии?

На три первые вопросы люди отвечали как частные лица, ответы на два последних вопроса были распределены по политическим партиям.

Больше 80 процентов считали Россию сверхдержавой вообще и к тому же военной сверхдержавой. Но экономической державой Россию считают только меньше половины, 49 процентов из финнов.

59 процентов из финнов одобряет отношение политического руководства к России, но 29 процентов ожидает большей осторожности и более смелых высказываний в сторону России.

Только у 32 процентов есть какие-то сомнения в России, и 21 процент считает, что у финнов есть основания бояться Россию. Значит опрос мог бы быть озаглавлен тоже «Четыре из пяти финнов не боится Россию!» Но эффектнее, конечно, заявить что каждый пятый, однако, боится!

Из политических партий больше сомнений в отношении России было у зеленой партии. 59 процентов зеленых относится с сомнением к России. Тут играют роль нарушения прав человека и пренебрежение к окружающей среде. У 56 процентов членов правой партии есть сомнения насчет России. Левые партии Финляндии относятся традиционно положительно к России, этот факт доказывается и этим опросом. 70 процентов социал-демократов и 77 процентов членов союза левых сил не имеют сомнений насчет России.

Интересным являлся ответ на вопрос о влиянии России на безопасность Финляндии. Больше половины, 55 процентов членов всех партий, считает, что Россия не имеет никакого влияния на безопасность Финляндии.       
 
В заключение хочу сказать, что пока есть надобность делать подобные опросы, у Финляндии нет нормальных отношений с Россией. Я никогда не видела опроса с вопросами:
«Боятся ли финны шведов, немцев?» «У тебя самого есть сомнения насчет Норвегии, которая является членом НАТО?» Надо сказать, что у меня лично нет никаких сомнений насчет других соседних стран, кроме Эстонии: эстонцы никогда не дали песни из Финляндии ни одного очка на конкурсе Евровидения.

Андрей
Андреевич Золотов. Родился в 1968 году. Закончил факультет журналистики
МГУ им. М. В. Ломоносова. Работал помощником корреспондента в
московском бюро газеты «Christian Science Monitor» (США). С 1995 года
московский корреспондент агентства «Ecumenical News International»
(Женева), с 1997 – штатный корреспондент московской англоязычной газеты
«The Moscow Times». С 2003 года советник председателя правления РИА
«Новости», главный редактор журнала «Russia Profile».

Сегодня
Russia Profile создает образ России в мире — как это происходит, что
получается, что нет — об этом наша лекция. ПРИХОДИТЕ, ПРИГЛАШАЙТЕ
КОЛЛЕГ!

Используя примеры из личного адвокатского опыта участия в уголовных и гражданских делах по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации, а также привлекая материалы из практики российских судов и Европейского Суда по правам человека, Николай Матвеевич Кипнис рассказал о специфике судебного доказательства в тяжбах подобного рода.

В увлекательной и доступной для филологической аудитории форме были представлены основные особенности российского законодательства, отдельные судебные решения по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации. Ребята узнали, чем, с точки зрения правовой системы и особенностей доказательства, разнятся гражданские и уголовные дела о защите чести и достоинства, чем отличается клевета от оскорбления, какие риторические и юридические уловки используются в состязательном процессе такой категории. Особое внимание было уделено требованиям, предъявляемым к лингвистической экспертизе, использующейся в делах о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Особый интерес аудитории вызвала тема юридической ответственности в ситуации свободы самовыражения на страницах электронных СМИ и в блогосфере. Этическая и юридическая сторона «свободы слова» в пространстве всемирной паутины вызвала живую дискуссию и полемику.

На встрече присутствовали студенты филологического факультета, гости, аспиранты и преподаватели кафедры общего и сравнительно-исторического языкознания, в том числе, зав. кафедрой, д.ф.н., проф. А.А. Волков, к.ф.н., ст.пр. А.А. Данилова, к.ф.н., ст.пр. В.В. Смолененкова и др.

О ЛЕКТОРЕ:

Кипнис Николай Матвеевич
(род. 05-ноя-1970)

Специалист по уголовно-процессуальному праву и судоустройству. К.ю.н.
Доцент кафедры уголовно-процессуального права МГЮА. Член МГКА.

      
Преподавательская деятельность с 1995г.

Встреча с американским гостем была организована кафедрой общего и сравнительно-исторического языкознания, для которой подобные встречи с интересными и именитыми гостями уже стали доброй традицией.

Встреча с хеттологом и иранистом доктором И. Якубовичем была весьма интересна не только потому, что гость представляет, условно говоря, Мекку востоковедения в западном мире — восточный институт при Чикагском университете, что уже было гарантией общественного (особенно студенческого) внимания к докладу, но и потому, что в своём выступлении учёный изложил сущность своей оригинальной теории, касающейся социолингвистической ситуации в хеттском обществе относительно позднего времени. В частности, выясняется — и этому автор привёл ряд убедительных доказательств,— что основным языком хеттского государства этого времени был лувийский, тогда как хеттский исполнял роль государственного (элитарного) языка правящей верхушки и фактически уже не был никому родным. Такой подход, по всей вероятности, сможет прояснить ряд фактов истории хеттского языка, до сих пор не нашедших удовлетворительного объяснения.

Доклад сопровождался показом цветных слайд, карт и диаграмм, гостиная не имела свободных мест, а последовавшая увлекательная дискуссия по времени оказалась сопоставимой с самим докладом. Помимо студентов и аспирантов присутствовали и преподаватели кафедры ОСИЯ проф. С.Н.Кузнецов, доц.Е.А.Брызгунова, ст. преп. А.А.Данилова, ст. преп. В.В.Смолененкова, ст. преп. А.М.Белов.

После окончания лекции дискуссия и живое обсуждения лекции продолжилось еще на несколько часов.

С текстом диссертации И. Якубовича по данной теме можно ознакомиться на сайте чикагского университета (формат pdf): SOCIOLINGUISTICS OF THE LUVIAN LANGUAGE

Страница Ильи Якубовича на сайте Чикагского университета.

Юные филологи провели сопоставительный риторико-критический анализ
инаугурационных речей А.Линкольна, Ф.Рузвельта, Дж.Кеннеди и Б.Обамы, стараясь
выявить преемственность идей, образов, словоупотребления, стиля, аргументации.

Комментируя выступления студенческих команд д.и.н. Э.А. Иванян, (Институт США
и Канады РАН), главный редактор журнала «США и Канада: Экономика – Политика –
Культура», редактор сборника «Инаугурационные речи президентов США») отметил
высокий уровень выступления всех студенческих команд.

Мы поздравляем наших коллег с первым успешным публичным выступлением и желаем
новых интересных научных выступлений и дискуссий!

Ребята узнали о специфике работы спичрайтера, обеспечивающего
коммуникационные потребности общественных деятелей, государственных служащих и
бизнесменов. В финальной части встречи студенты получили задание из реальной
практики спичрайтера по теме «звучащая речь» и попробовали себя в новой функции.
Лучший текст был премирован диском «Эхо небес», инициаторы создания которого
сохраняют культуру звучащей русской речи.

 Встреча состоится 12 ноября 2008 года в 16.10 в Пушкинской гостиной

 Мы планируем обсудить особенности кампаний социальной рекламы в
России, проблему оценки эффективности социальной рекламы, наиболее удачные
кампании последних лет, средства языковой выразительности в слоганах социальной
рекламы. А.Н. Алексеев проведет мастер-класс, благодаря которому каждый из
участников круглого стола получит возможность попробовать себя в качестве
создателя социальной рекламы. На основе лучших студенческих предложений будет
проведена полноценная рекламная кампания.

ДОМАШНЕЕ ЗАДАНИЕ :

1. Выявить социальную проблему, с которой мы сталкиваемся в
студенческой среде, в учебное время или, например, находясь на территории
I гуманитарного корпуса.

2. Сформулировать цель для кампании социальной рекламы.

 СПРАВКА: Александр Алекссев — Советник по креативу Группы
маркетинговых коммуникаций АДВ. В 1994-1995 арт-директор BBDO Moscow (бренды
Pepsi, Pickwick, Wrigley’s). В 1996-2000 арт-директор рекламного агентства
«Адвента» (бренды «Россия», «ШОК», Nuts, Nestle Classic, «Савинов»). В 2000-2001
году творческий директор рекламного агентства «Адвента», в 2001-2004 году –
творческий директор McCann Erickson Russia. В 2004-2007 Генеральный,
исполнительный и творческий директор McCann Erickson Russia. В настоящее время
является советником по креативу Группы маркетинговых коммуникаций АДВ,
Вице-президентом Союза создателей социальной рекламы и Президентом ADCR.

29 октября на филологическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова прошел
круглый стол «Лингвистическая экспертиза: теория и практика». Встреча состоялась
в рамках серии круглых столов, проводимых кафедрой общего и
сравнительно-исторического языкознания и была проведена заведующим кафедрой
общего и сравнительно-исторического языкознания профессором А.А. Волковым и
руководителем специализации «Языковая политика» профессором С.Н. Кузнецовым. С
докладом на встрече выступил доктор филологических наук, профессор, заведующий
отделом экспериментальной лексикографии института русского языка им. В. В.
Виноградова РАН Анатолий Николаевич Баранов. На встрече присутствовали студенты
и преподаватели филологического факультета.

Центром обсуждения, последовавшего за кратким докладом А.Н. Баранова, стала
его недавно вышедшая книга «Лингвистическая экспертиза текста», в которой
упорядочиваются и анализируются методы работы эксперта-лингвиста, рассматривается большое количество недавних экспертиз, вызвавших
широкий общественный резонанс («Дело Баяна Ширянова» и дело «Ароян против
Киркорова»).

Рассказывая о лингвистической экспертизе, А.Н. Баранов особо отметил, что в
основе экспертизы всегда лежит научное исследование, однако экспертное
заключение представляет собой совершенно особый жанр: текст экспертизы адресован
не научному сообществу и должен модифицироваться таким образом, чтобы быть
понятным специалистам, не имеющим лингвистического образования. Наиболее
весомым инструментом доказательства в такой ситуации выступают словари. Лингвисту-эксперту в итоговом тексте заключения
необходимо полностью воспроизводить всю технику анализа, проговаривая даже самые очевидные для филолога вещи. Многие случаи
требуют комиссионной экспертизы с привлечением специалистов из разных областей
науки: психологов, филологов, социологов. По мнению А.Н. Баранова, жанр
лингвистической экспертизы более всего похож на лингвистическую задачу,
сконструированную самой жизнью.

А.Н. Баранов подчеркнул приоритетность использования при анализе текста
академических словарей и грамматик, указав на то, что многие эксперты
нередко продолжают ссылаться на данные школьных учебников, что
является не только не вполне правильным, но и малоубедительным.

Отвечая на вопрос студентов о границах лингвистической экспертизы, Анатолий
Николаевич отметил, что понятие текста в семиотике может быть применимо и к
архитектуре, кино, изображению, и эксперт должен уметь дать правильную
интерпретацию аудиовизуального сопровождения текста. Особо интересный случай представляют визуальные метафоры, для анализа который необходимо задействовать самый широкий спектр знаний.

Оживленную дискуссию вызвало обсуждение вопроса о нравственной
ответственности эксперта, а также поведения эксперта в том случае, если вопрос суда сформулирован неверно или некорректно. А.Н. Баранов подчеркнул, что эксперт может подробно описать
свое видение ситуации, а не только ответить на поставленный ему вопрос,
однако оценка не должна выходить за рамки собственно лингвистической экспертизы
и превращать ее в выражение политической или общественной позиции эксперта.

Значительную часть встречи заняла дискуссия по материалам приведенных в книге
А.Н. Баранова экспертиз, и конечно, всех студентов очень заинтересовал вопрос,
каким образом можно выучиться на эксперта. Отвечая на вопрос, Анатолий
Николаевич Баранов отметил, что существуют вузы, присваивающие, в первую очередь
юристам, квалификацию эксперта, однако эксперт-филолог должен быть, прежде
всего, исследователем, умеющим работать с текстом, анализировать языковые данные
и поддерживающим свою квалификацию.

В завершение встречи организаторы и участники выразили надежду на регулярное
проведение круглых столов и семинаров по проблеме лингвистической экспертизы
текста.

Круглый стол проведет доктор филологических наук, профессор,
заведующий отделом экспериментальной лексикографии института русского языка им.
В. В. Виноградова РАН Анатолий Николаевич Баранов.

Встреча будет
посвящена обсуждению проблем теории и практики лингвистической экспертизы.
Особое внимание планируется уделить проблеме этики эксперта (который берет на
себя ответственность квалифицировать определенные слова как оскорбление или
отсутствие такового). А.Н. Баранов проводит экспертизы уже 15 лет, самые
известные – дело Баяна Ширянова о порнографии и Филиппа Киркорова об
оскорблении.

Недавно вышла книга А.Н. Баранова «Лингвистическая
экспертиза текста», с которой было бы полезно ознакомиться тем, кто придет на
встречу.

Встреча состоится 29 октября в 14.00 в Пушкинской гостиной
филологического факультета.

Примеры лингвистических экспертиз:
Цена слова: Из практики лингвистических экспертиз текстов СМИ
в судебных процессах по защите чести, достоинства и деловой репутации/Под
ред. проф. М.В. Горбаневского — 3-е изд., испр. и доп. — М.: Галерия,
2002. — 424 с.

После прочитанного доклада о законе РФ о государственном языке (с текстом этого доклада мы еще познакомим читателей) разгорелась дискуссия, одним из самых острых стал вопрос о ненормативной лексике в современной русской речи. Участники Круглого стола высказали обеспокоенность тем, как часто можно теперь услышать нецензурную брань на улице, по телевизору, в университетской аудитории. Прозвучало предложение ввести некий обязательный для всех студентов курс культуры русской речи.

– У меня довольно много студентов — не на филологическом факультете — , которые на первом курсе изучают русский язык, — рассказал профессор А.А. Волков – Их, естественно, учат правильно писать по-русски. Они ставят запятые там, где нужно, а на других предметах, — как придется. Так же и здесь. Да, можно ввести какой-то тест по русскому литературному языку. Все будут прекрасно сдавать, а за пределами экзаменационной аудитории будут говорить, как все.

- А что можно сказать по поводу распространения в речи нецензурных выражений?

   Мы уже переживали подобную ситуацию после октябрьской революции   и после гражданской   войны, когда общество говорило, мягко выражаясь, не вполне литературным языком. Конечно, тогда была цензура в СМИ, писали более-менее литературно, но говорили ужасно. Я помню послевоенные годы своего детства. Я жил в доме на набережной, там было очень много уголовников и, как тогда говорили, шпаны. Они делали фальшивые деньги и ругались ужасно. Однако это постепенно прошло.

 Остается надеяться на то, что если мы будем как-то иначе преподавать русский язык, организовывать языковые интересы для следующего поколения, оно будет говорить лучше. И большая часть слов, которые иногда употребляет молодежь, уйдет из языка. Есть ужасные блатные слова, которые мы с вами регулярно употребляем, не задумываясь. Например, слово «опустить» – совершенно ужасно в его специфическом значении, а мы употребляем его, уже не зная об этом.

Какие-то слова уйдут, какие-то отойдут в область малоупотребительных, специфических слов, какие-то сохранятся в литературном языке с их новыми, более общими значениями. Но это произойдет только в том случае, если изменится образовательная политика. Необразованное общество всегда будет говорить речью маргинальных слоев. Так было всегда, так обстоит дело сегодня и так будет впредь.

- Еще год назад филологическое сообщество активно обсуждало «преведов» и «медведов» (только на прошедшем конгрессе «Русский язык: исторические судьбы и современность» эту тему затрагивали почти на каждом круглом столе), а сейчас проблема сама себя почти исчерпала. Вместе с тем, мы говорим об истории ХХ века и вхождении криминальных, жаргонных слов в норму языка. Не пойдем ли мы по пути того же испанского языка, в котором некоторое время назад весь пласт нецензурной лексики вошел в нормативную и теперь в каждом учебнике испанского языка есть одна или две главы, посвященные этому виду лексики. Вообще, идет ли речь только об образовании? В организации школьных занятий мало что поменялось с советского времени…

- Если наше общество зайдет достаточно далеко в процессе присоединения к Европе и толерантному отношению ко всему, то этот процесс будет таким же. А если не зайдет, мы будем вынуждены действовать по-другому, не позволим включать в школьные учебники такого рода темы. Все зависит от позиций государства, органов власти.

- Недавно на факультете была встреча с современными писателями. Они говорили, что употребляют нецензурные слова в художественном тексте: почему бы и нет, ведь в народе они употребляются. Например, как разговаривают 10-летние дети. Как Вы к этому относитесь? И влияет ли писатель на читателя в этом вопросе?

- Думаю, народ влияет на писателей, а писатели влияют на народ. Писатели старше своего десятилетнего читателя. И справедливо сказано, что многое определяется модой. Если те люди, которые задают моду использования языка, будут писать и говорить в соответствии с нравственными нормами, то дети и взрослые, которые подражают этим писателям, тоже будут говорить в соответствии с этими нормами. Если же писатели будут играть словами, то и те, кто читает этих писателей, подражает им, будут говорить соответствующим образом. Мне представляется, что в этом деле все же нужна цензура.

- В какой форме, по-Вашему, она должна существовать?

- Цензура– это культурный институт, она должна существовать в мировом пространстве. Наши современные демократические представления о цензуре в достаточной степени примитивны. Давайте подумаем, кто был цензором во времена Пушкина, какой была цензура в XIX веке, в XX . Цензура запрещала писателям писать всякую гадость, глупость. Да, ограничение свободы плохо, но при этом писателя побуждают работать лучше.

Почитайте современную литературу. Сколько стилистической неряшливости, сколько наплевательского отношения к языку, сколько «немастеровитости», «непроработанности» слова! Почему? Нами отвергнута цензура. Если есть выпускница филологического факультета, которая не пропускает книгу со стилистическими, пунктуационными и другими ошибками; если в издательстве сидит человек, который не пропускает книжку с ошибками, плохо написанную, – то и в обществе в целом происходят перемены к лучшему.

На самом деле цензуру создает библиотека. Вспомните Оленина ( Оленин Александр Николаевич — писатель и государственный деятель (1763 — 1843). В 1811 г. был назначен директором Императорской публичной библиотеки. – прим. ред. ). Ему дали денег на библиотеку, но не дали денег на ее пополнение. Главным библиотекарем был Иван Крылов, который, как известно, разработал внутреннюю систему каталогов. А Оленин стал цензором. Те самые экземпляры, которые он реквизировал у проезжающей публики, пополняли библиотеку.

Цензура регулировала характер переводов, пополнение библиотек. И главное, цензура ограничивала сферу применения русского литературного языка. Этого еще никто из историков и литературоведов, по-моему, не писал: роль цензуры в формировании нового и классического русского литературного языка.

Что касается карательной цензуры – она существует. Любая общественная организация может подать на вас в суд, если вы что-то неправильно сказали или написали. Например, феминистки обычно так и делают. Карательная цензура хуже, потому что она не участвует в формировании литературного языка, а вот превентивная цензура –очень мощный инструмент культуры.

Конечно, все имеет свои отрицательные стороны. И цензура тоже. Хорошо бы вообще избегать плохого и предпочитать хорошее. Но, увы, человек устроен таким образом, что все хорошее бывает связано с чем-то не столь хорошим.

- А как Вы относитесь к таким произведениям, в которых художественный замысел требует нецензурной лексики?

- Отрицательно. Нет таких художественных произведений, в которых это необходимо. Я в этом уверен, хотя, может быть у меня устаревший вкус. Не могу я поверить в то, что могут быть   художественные произведения, в которых обязательно должны быть грязные слова.

Я вспомнил историю, которая приключилась, когда мы учились на 4 курсе. Нас, мальчиков, посылали в военные лагеря. Там мы должны были маршировать, стрелять и делать другие полезные вещи. Меня удивило, что все ребята, которые туда поехали, заговорили на нецензурном языке, как только переступили порог военного лагеря. Это идет от стадного чувства. Пока мы не обуздаем в себе стадное начало, это все будет существовать. Но если обуздаем, что очень сложно, тогда мы сможем пользоваться языком по его назначению.

В офицерских кругах было принято негласное правило: каждое слово имеет свое назначение. Поэтому слова, которые мы называем матерными, могут использоваться только в очень узком кругу людей, когда без них нельзя обойтись. Один артиллерийский капитан рассказывал в своих воспоминаниях, что, когда вокруг него были другие артиллеристы, он всегда говорил хорошим литературным языком. Но вот противник приближается, солдаты не знают, что делать… И тут он впечатал слово, – не ту очередь, о которой говорили раньше, а всего лишь одно слово, – и дрогнувшие солдаты начали ему повиноваться. Батарея была спасена. Вот та самая крайняя ситуация, в которой использовали подобные выражения, но, повторяю, по назначению, а не в качестве слов-паразитов.

Хорошо, если эти слова для нас недопустимы, так и должно быть. Однако от некоторых сфер грубого употребления слов избавиться невозможно или практически невозможно. Мы живем в реальном мире. Но ограничить сферы их употребления мы можем. И не будем думать, что, скажем в 50-е годы в армии не ругались. Было дело. Но произнести такие слова на улице, при женщине было просто невозможно.

Тот же офицер-матершинник в морду бы дал за слова, которые он употреблял в казарме, если бы кто-то их произнес на улице. Это вопрос того, как мы сами относимся к соответствующим выражениям и к тому, что за ними стоит.

Откуда же идут все эти слова? Только не нужно думать, что это народные выражения. Городские низы, мещанство таких слов не употребляли, духовенство тем более. Самый отчаянный мат идет из дворянских кругов! Своего равного так нельзя было обозначить, а вот мужика очень даже можно. Так что эта манера языка – дворянская, поэтому не будем полагать, что это свойство русского народа как такового. Не будем думать, что это низкий в социальном отношении язык.

- Вопрос о противоположном – о церковнславянском языке. Я часто слышу вопрос от своих родственников, друзей: почему служба идет на церковнославянском? Это не понятно никому, кроме филологов-специалистов. Но признаюсь, что мне, человеку, который имел сокращенный курс старославянского, тоже не понятно 70 % произносимого. Если все же попытаться сделать службу более понятной для простого русского человека, для ребенка, чтобы слова доходили до сердца каждого… Что Вы об этом думаете?

- Первый год, когда я ходил в Церковь, мне было кое-что непонятно. Но когда я стал регулярно ходить в Церковь, мне уже было почти все понятно.

Существует ли церковнославянский, как особый язык? Когда мы читаем и говорим по церковнославянски, я иногда спрашиваю своих семинаристов, академиков: «Скажите, когда вы читаете текст в Церкви, вы же различаете перфект и имперфект?». Ответ отрицательный.   На мой взгляд, нынешний церковнославянский язык – это функциональный стиль русского языка, а не отдельный язык, потому что он характеризуется теми же фонетическими моделями, отдельные слова   указывают, что текст церковнославянский. Да, отличается лексика. Но если человек ходит в церковь, то ему не так трудно почитать словарь.

Позвольте заметить еще одну вещь, которая мне кажется существенной. Что представляет собой общество, которое лишилось высокого стиля речи? Это общество без мировоззрения.

Сегодня в нашем обществе Православная Церковь – единственная сила, которая сохраняет высокий стиль русского языка. Открываем Владыку Иоанна Санкт-Петербуржского, читаем его тексты и видим, что это высокий стиль русского литературного языка. Открываем книги Владыки Кирилла и видим высокий стиль русского языка. А чем был высокий стиль при советской власти? Он был унаследован от семинаристов и содержал массу церковнославянизмов.

Почему сегодняшний человек не понимает эти тексты? Почему он не понимает Писание? Потому что он не дал себе труда почитать и разобраться в прочитанном. Он не дает себе труда внимательно слушать все, что поется и читается в Церкви. А если походит-послушает, сделает некое усилие над собой, то прекрасно будет понимать церковно-славянский текст.

Другое дело, что, когда читают Евангелие, Апостолов в храме, то читающий поворачивается спиной к пастве. Это разрешено нормами в Богослужении, так же как поворачиваться лицом к пастве. Лет 10 тому назад было соответствующее постановление Синода. Когда стоишь спиной, звук распространяется вперед, поэтому очень плохо слышно. Думаю, здесь и заключается проблема. Читать нужно учить по-настоящему, а не как из пулемета. Это очень сложная и большая проблема. Я не специалист по церковнославянскому языку. Мне кажется, специалистам нужно поучить семинаристов правильно, ясно и четко, читать по-церковнославянски. И тогда все будет в порядке.